Вниз страницы
Вниз страницы

†Волки: подпись кровью†

Объявление

Уважаемые игроки, не забываем кликать ТОПы!

Рейтинг форумов Forum-top.ru
Правила форума.

-

Январь - месяц перемен!
Мы расскажем вам истории, которых вы никогда не слышали. Грядут обновления и масштабные квесты. Следите за обновлением новостей.
-

Декабрь 2016.
Форум снова цепляется за жизнь!
В очередной раз "Волки: подпись кровью" начинает масштабные работы по оживлению проекта. Где же ты, блудный сын?
-

Время года

Конец осени - последние числа октября.

Погода


Произошёл природный катаклизм. Температура опустилась до -18, с неба посыпались хлопья холодного, мокрого снега, который уже успел припорошить землю. Заметно похолодало, что сказалось и на воде. Все животные в недоумении, а кто-то готовится к худшему. Не спи - замерзнешь.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » †Волки: подпись кровью† » Вне времени » Чешир|Darkness Argeyst


Чешир|Darkness Argeyst

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Участники: Чешир|Darkness Argeyst
Время/место: "братья"
Погода: Произошёл природный катаклизм. Температура опустилась до -4, с неба посыпались хлопья холодного, мокрого снега, который уже успел припорошить землю.


~Начало~
Сегодня выдался достаточно спокойный день, и я решил прогуляться, ко мне давно ни кто не пристаёт, если это не жизненно важно, да и я не общаюсь со стаей, только выполняю приказы, сражаюсь за Заходящее Солнце. А в самом начале я огрызался, отталкивал от себя волков, я был омегой, даже, если я требовался стае, я был чужаком, а сейчас, сейчас я был хоть и не общительным, но практически частью этой стаи. Правда, шум от волков всегда раздражал, там не было спокойствия, привыкнув жить всё время в напряжении, каждый шорох вызывал раздражение, каждое ненужное движение злость. Поэтому сейчас я ухожу, как можно дальше от лагеря. Давно же я не выбирался вот так, просто, прогуляться по территории, где нет шума, толкотни, мельтешения. Я спокоен и сосредоточен. И перед глазами вновь стоит брат, белоснежный с голубыми глазками, интересно, у него они поменялись? Он вообще выжил? Я уже два года, а может и больше, ищу его, уходя всё дальше от стаи, но стараясь уходить по спирали, чтобы успеть вернутся, если потребуется моя помощь.
Устраиваюсь на выступе, смотря на проход между скалами. Прикрываю глаза, принюхиваясь, вроде всё спокойно, трупами не пахнет, да собственно ни чем не пахнет. Ложусь на тёплые камни и закрываю глаза, прислушиваясь к окружающей местности. Слышу, как сдвигается каменная пыль, и делаю резкий выпад, успевая словить ящерицу. А ведь мог и упустить, отпускаю её и вновь пытаюсь словить. Интересное занятие, причинять боль кому-то, чтобы выплеснуть ярость. Наверное, я делал это всегда, даже с сёстрами, когда был совсем мелким. Упустив чуть помятую ящерицу, вновь устраиваюсь на тёплых камнях, смотря вниз, там множество камней.
- И вправду братья… - Глухо рычу от злости на себя. И почему я всё время вспоминаю его? Что не так со мной? Может он сдох там, а возможно… Я предал его, я просто надеюсь, что я не ранил его тогда. Он был таким слабым, таким тонким, зато шустрый. Он наверняка мог уйти. Прислушиваюсь, отвлекаясь от своих мыслей, прижимаясь к камням. Там есть кто-то большой, больше меня, он идёт тяжело, или у него большой вес или он ранен, но я нахожусь с подветренной стороны и крови не чувствую, зато чувствую мускус… Медведь? Что он здесь забыл? Передвигаюсь так, чтобы видеть всё внизу, стараясь не шевелить камни, нужно дождаться, ещё чуть-чуть, и он будет рядом. Ярость от того, что зверь рядом появляется не сразу, только, когда запах усиливается. Стараюсь контролировать себя, но думаю, надолго меня не хватит, шерсть становится дыбом, уши прижаты, и понимаю, что я беззвучно рычу, скалясь.
В какой-то момент ловлю себя на том, что лечу вниз с горы, нападая на медведя, даже не видя ни чего кругом. Вот его лапа пролетает над моей головой, секунда и я был бы расплющен на камнях. Надо увести его подальше от стаи. Вот я вгрызаюсь в него, стремясь повалить на камни, не обращая внимания на мелкие, почти не значительные раны. Он больше меня, сильнее, но это не мешает, наоборот, оно разогревает, в крови появляется жидкий огонь. Ни когда не понимал свойства адреналина, но с яростью он не совместим. И вот я уже не помню ни чего, перед глазами туман, ярость, злость, хочется убивать, крушить, рвать. Во рту вкус крови, и возможно кусочки мяса. Болит правая лапа, видимо её задели, но это всё поверхностно, главное убить, а только потом выжить…

+1

2

-после событий на озере "Лапа ворона"-
Вот и здрасте, казалось бы. Сама ворчала на вожака за то, что тот опрометчиво поступил, уйдя на нейтральные земли в одиночку, а сама то не лучше. Но пройтись зигзагом было чуть ли необходимо - настолько голова от событий гудела, а Грин ясно дал понять, что он не волчонок и в опеке не нуждается. Чтобы навязать ему охрану без его же ведома - это нужно было еще заранее всё готовить, разрабатывать, набирать наиболее приспособленных... а вот надо ли?
Троица в голове помалкивала, видать тоже погруженная каждая в свои пучины раздумьев в связи с недавними событиями. Довольно внезапный рост по карьерой лестнице был именно внезапным, а потому невольно вгонял в ступор.
"Теперь то что? Гонять прохлаждающихся, смотреть за тренировками других... Заранее разрабатывать стратегии? Тень, это к тебе. - Вот уж спасибо..."
Смех смехом, а в целом ведь так и было. Интересно, насколько изменится моя жизнь теперь. Эх, из огня да в полымя, истинный Дракон. В том плане, что мельтешит там, где жарче, и дальнейшая история это лишь подтвердила.
Прислушиваться к окружению я не забывала, как, собственно, и принюхиваться. Не хватало еще в первый же день новой службы (слово то какое, бр) оказаться съеденной. А, впрочем, почему бы и нет? Чем этот день хуже прочих? Но проверять свои мысли касательно нежити, пополнив их ряды, что-то не хотелось, во всяком случае пока. Позже черт знает, что придет на ум. И мертвечиной действительно не пахло, а вот проблемами - да.
Раньше, чем обоняние, слух просигналил мне про очередную гангрену. Рёв мишки ни с чем не спутаешь, уж тут надо быть хорошо отбитым на голову, чтобы остановиться, задуматься о вечном и "а не мой ли собрат это рычит, дурачась и притворяясь косолапым?" Нет, не собрат, и лучше всего было обойти прежде, чем я могла лицезреть причину недовольства михаила потапыча, но любопытство сгубило не одну кошку, а женское любопытство вообще адовое наказание даже для самих самок.
Я тихо вздохнула и на полусогнутых двинулась в сторону, откуда пришелся звук. Пришлось вспоминать в очередной раз всё, что я успела познать у разведчиков, но навыки то ли были вросшими, то ли просто мне пока везло. Зная себя, не отрицала второе, хотя больше была уверена в первом. А вот после в нос ударил сильных запах медведя... и проблемы.
Нет, серьезно, будь это только бурый, я бы может еще развернулась и умотала, пока не поздно (нет), послушав в кои-то веки голос разума (дважды нет), который уже обреченно скулил в уголке. Забавно, что Троица в голове так и молчала, на них не было похоже. От перенапряжения? Лишь Мрак коротко и выразительно ругнулась, когда помимо медведя воздух пропалил мне еще и собрата. А если точнее - Чешира. И вот тут то начиналось "приключение", чтоб ему пусто было.
Я насилу не выскочила вперед, но шаг ускорила, стараясь поторопиться. Проклятье, у этого волка с его психическими замашками (не в обиду, сама то не отличалась особой устойчивой крышей, разве каталась она в иные стороны) были серьезные проблемы. Тет-а-тет с злющим косолапым - у, это надо было так влипнуть. И если кто иной бы мог просто извиниться перед медведем и отвалить, сохраняя свою тушку для будущих, более перспективных дел, то вот Чешир такой возможностью вряд ли располагал. Я ведь не была слепой, да и слушать умела - со вспышками ярости у собрата-приемыша была настоящая бедень. А значит теперь были проблемы и у меня... Я же не могла просто забить на волка и бросить его практически на верную погибель.
"Ну да, вдвоем умирать веселее."
В сути да, Мрак ворчала не зря. Даже двое волков с трудом и удачей могли бы одолеть молодого косолапого, неопытного и глуповатого, умотав того до головокружения (пробить эту шкуру зубами - вы бы сами попробовали), но не более старшую особь. Оставалось что, эффект неожиданности?
К месту бойни я выскочила стрелой, молча прыгнув на хребет медведя и вцепившись в его ухо. До шаха и мата далеко, но внезапность, наглость и "атата, не ждали" точно было. Последнее разве что не вслух. На Чешира я глянула краем глаза, пытаясь отметить повреждения сородича, а на большее не было времени, да и возможности. Михаил взвыл от боли, досады, но с нотками страха. Значит, эффект неожиданности своё взял. Правда, теперь эта туша явно должна была отвлечься от серого. Ну головой мотать из стороны в сторону медведь точно начал, недвусмысленно пытаясь от меня избавиться. Я даже не рычала, мне в определенный момент стало всё равно и отключилось большинство эмоций. Важна сейчас была лишь драка и победа - нужно было сбить медведя со всякого толка, измотать, и лишь после можно думать о том, как его одолеть. Да и то не грубой силой - банально тех же сил не хватит, это не кабанчик какой-нибудь, а медведь, черт бы его побрал.
"Не медведь, а горный козел какой-то. - Просто козел! - Ну..."
Рыкнула я на размышление одной из внутренней сущности уже в полете, то ли таки сорвавшись, то ли намерено разжав зубы и поспешив свалить с этой адовой карусели. Зато у Чешира было дофига и больше времени на маневр, может я и успешно едва не шмякнулась (таки смогла на лапы приземлиться) только из-за него. Не видела, или сознание отметило это, да не сообщило. Тогда сделает оное чуть позже, при аналитическом анализе.

Отредактировано Darkness Argeyst (2016-10-20 19:09:31)

0

3

В какой-то момент, чую запах волчицы, рычу, вцепляясь в зверя яростней. Она явно из стаи, где сейчас нахожусь я, я даже чуял её запах, хотя о чём это я, я знаю запахи каждого. Выучил ещё на первой неделе проживания. Рычу и, клацнув зубами, цепляю нос медведя. Не знаю, почему она с той стороны, с которой дует ветер, но её явно спасает то, что медведь не видит её и занят мной, ну и возможно его нос забит кровью. Вкус метала на языке, подзадоривает, хочется большего, чувство, которое поселилось в груди, на мгновение вывело меня из состояния ярости.
Мельком осматриваю местность, медведя и волка из стаи. Пока всё хорошо, незначительные раны, которые можно будет зализать и всё будет хорошо, медведю досталось больше, но он пока не намерен отступать. Его рёв и новая атака достают отвлёкшегося меня, и этот удар вновь выбивает все мысли. Впиваюсь в его лапу, кусая, стараясь оторвать, отпрыгиваю от следующего удара, и с рыком бросаюсь на него, но отлетаю, и только шкура спасает от ранений об камни.
Тут же подскакиваю, готовый броситься в атаку, но зверь начинает трясти головой, стараясь освободиться от хватки волчицы, сбросить её и если повезёт убить об камни. Вот она отлетает и рычит, и я бросаюсь на шею, остановившегося на миг, медведя, вцепляюсь в его шею, чувствуя клыками жилы, сжимаю хватку сильней, стараясь своим весом утянуть зверя на землю, чувствую, как по мне стекает тёплая кровь. Где-то глубоко в воспоминаниях колышется голодное время, когда мы загоняли любых животных, чтобы поесть, но тут же пропадает от яростного сопротивления медведя. Стараюсь не отпустить хватку, когда меня прикладывают о камни и стараются оторвать от себя лапами. «Почему мы так не можем?» Сглатываю и понимаю, что это была моя ошибка. Теряю грань сознания. Уже даже вспомнить получается с трудом, помню, как старался разодрать его когтями, пока держался за его шею, самое слабое место, вгрызаясь всё сильнее. Ярость не позволяла оценить происходящее в полном размере, только мысль о безопасности волчицы периодически всплывала, как только улавливал её запах.
Отпускаю медведя, когда кровь попадает в лёгкие, но только за тем, чтобы вновь напасть, уже совсем не обращая внимания на своё состояние. Перед глазами только медведь, и каждый его взмах лап. Принимаю ещё два удара на себя и вцепляюсь ему в морду, сжимая клыки, чувствуя что-то жидкое и рёв зверя, отпрыгиваю от сокрушительного удара, но не успеваю уйти от всей туши, когда медведь то ли оступившись, то ли просто ради разнообразия валится всей тушей на меня. Хрустят рёбра, сжимаюсь, царапая землю, выбираясь из-под тела, которое поняв, что я выбрался, вновь встаёт и вновь нападает.
Азарт и ярость всё ещё греют кровь и, отпрыгивая я не смотрю, куда мы движемся, галька под лапами едет, и мы с медведем сворой слетаем ниже, хотя я даже не заметил, как мы чуть поднялись в гору во время боя. Поднимаюсь, даже не отряхнув песчаную пыль, бросаюсь на зверя вновь, не замечая его удара, который откидывает меня на добрых пару метров. Вижу, как он разворачивается к волчице, поднимаясь на задние лапы рычит. Поднимаюсь, смотря на лапу, рычу от злости. Пелена не спадает, и вот я уже на его спине, впиваюсь в загривок или чуть выше, ближе к голове, достаточно мясистое место, глухо рычу, не разжимая челюсти, вместе с ним лечу на спину. Он выбивает из меня весь воздух, глухо тявкаю от удара и на мгновение теряю сознание, которое сразу же возвращается из-за пережитой боли.
Медведя на мне уже нет, он поднялся на лапы и смотрит зло. Поднимаюсь, встряхиваясь, смотря на него, скалюсь, готовый вновь нападать. Поглядываю на волчицу, проверяю её состояние. Ни когда не видел, чтобы волчицы сражались так же, как она. Они всегда старались обходить драки, быть рядом с главой, волчатами, собирать что либо, но не воевать. В последний раз рычу и бросаюсь на медведя.

Отредактировано Чешир (2016-10-20 22:40:33)

0

4

Упасть пришлось пусть и с трудом, но без увечий, и во взоре полыхнуло яростью, адресованной медведю. Тот уже успел расшвырять, как котят, меня и Чешира, но черта с два ему грозила победа. То есть не сулила. Вернее как - при всей здравости, логике и нудном голосе разума как раз таки наоборот, мишка был заочно победителем и мордой с выигрышем. Однако подключались в это дело волки не с самой целостной крышей и дело оборачивалось совсем и иную игру. Впрочем, победа тоже ознаменовалась разным.
Троица работала теперь уже не в направление болтовни, а на дело. Мрак в бой, Тень более в тактику, отступления или атаки, Свет опека самой себя и серого собрата заодно. В пору было сказать "погнали", но даже на такую мелочь времени не было.
Чешир успел немного придти в себя для новой атаки и снова ринулся в бой. Тень досадливо поморщилась, когда волк безрезультатно повис на шее зверя: шкура мишки была получше, чем у старого борова. А тот еще и не поленился приподняться, но лапа, что была занесена для удара, не попала по цели. Я рванула к хищнику и со всей скорости врезалась в его бок, для остатки постаравшись цапнуть за вторую его конечность. Бурый взревел, от досады или бешенства, одурманенный таким наглым поведением двух мелких хищников. А мы с серым были не из мелких представителей своего рода, и то имели малые, очень малые шансы... Если бы да, мы играли честно и разумно.
Вторую атаку я отвести не смогла, не успела. Уворачиваясь от взбесившейся туши, я пропустила момент, когда два лохматых бревна стали хаотично рвать воздух и как одна из лап задела состайника. Если бы не Свет, я бы не обратила на то внимания вовсе, но даже с ней я не смогла понять, насколько всё плохо или же волк отделался небольшой царапиной. Но и этого хватило, чтобы волна гнева захлестнула мой сознание. До того действия несли более-менее безэмоциональный характер. И ладно бы пол беды, отдай я руль в лапы Мрака. А ведь незаметно, липким туманом грянула Пятая, слившись с моим разумом в одно целое...
Я издала хриплый рык и ринулась на косолапого снова, но не собираясь применять один и тот же фокус. Тот всё еще был увлечен борьбой с Чеширом, хотя речь шла о секундах, растянутых лишь в ощущениях битвы. И около той же секунды мне потребовалось, чтобы оказаться позади ошалевшего михаила и... Знаете, есть рев злости, можно рычать в споре, но такого обиженного плача в злостном исполнении мне давно слышать не доводилось. Да и понятно, тебя не каждый день больно кусают за пятую точку. Обидно, да, очень понимаю, но нефиг было на моего состайника лезть! Тот как раз смог отцепиться и хотя бы перевести дух, а я предусмотрительно отпрыгнула в сторону, вздыбив шерсть и глядя на медведя бешеным взором исподлобья.
- Ну же, давай! Иди ко мне, пушистик, - прохрипела я в этом красном зареве, сходя с ума, и во фразе отчетливо прозвучали насмешливые ноты, что под конец переросли в болезненный смех. Ожесточенный, хохот поехавшей крышей. Если бы я могла, если бы я была способна разбирать мимику зверя, я бы наверняка увидела там промелькнувшее удивление и сомнение, на долю секунды, в противовес бешенству и злобе. Но видела я сейчас мало, мыслила тоже иначе.
Дальше вновь зарево алое и помутнение рассудка.
Чешир вновь атаковал, пользуясь заминкой хищника и снова рискуя, необдуманно и глупо. Я ощерилась и издала гортанный рык, больше означающий раздражение, но на морде при этом блуждала дикая улыбка. То ли злюсь такой опрометчивости, то ли в восторге от происходящего безумия. Сама не знала, соображалка работала из лап вон плохо, всё держалось на распределении обязанностей, наверное... Вдуматься, так ведь и Четверка лишь мой собственный морок. Значит, за всё отвечаю только я?..
Замешательство стоило мне дорого, а Пятая с улыбкой смотрела за боевыми действиями, и не думая помогать. Чешир отбивался сам, пока эта тварь лишь задумчиво и заинтересовано склонила голову на бок, продолжая стоять в боевой позиции и щерясь, но не делая и шага. И что же в итоге? Сознание освободилось от навеянных оков лишь когда и медведь, и волк вдруг стали скатываться с горы, как-то там оказавшись. Вот тогда мозг задался вопрос "а когда они там оказались", что помогло хоть немного скинуть с себя власть безумной стороны.
"Коль приперлась - помогай!"
Она лишь улыбнулась в ответ, но тело подалось вперед. Неужели решила принять участие, отдать контроль вновь мне?..
Чешира, меж тем, уже решили научить летать, во всяком случае медведь пришел в такое состояние, когда раздавал довольно мощные облеухи и то, что волк не перебил, не вывихнул себе ничего при приземлении свидетельствовало о его удачливости, не меньше. Но смотреть теперь я не собиралась. Теперь меня злило абсолютно всё. Захватившая контроль Пятая, охреневший в край медведь и бестолково геройствующий собрат по стае. Какого черта, спрашивается?! Почему этот день не мог продолжиться мирно, мне и утренних событий хватило. Нет ведь! Мироздание, было страшно подумать, что ждет меня в конце дня.
Я не пыталась скрыться, я старалась лишь успеть и развернувшийся ко мне мордой медведь не оказался чем-то удивительным и внезапным. Я резко встала, шерсть и без того не особо любящая укладываться лоснящимся образом делала из меня ощерившегося ёжика крупных таких габаритов. Я клацнула пастью, расставив лапы для лучше опоры с землей. Галька не способствовала хорошему сцеплению.
Бурый приподнялся на задние, издав рев. Не забыл что ли, как я его ха жопу куснула? Нет чтоб порадоваться - хоть какая-то самка с ним позаигрывала. Но съерничать вслух не вышло, Я выдала ответное дикое рычание, полное бешенства и неприкрытой угрозы.
"Ну и что, что ты встал, будто до этого был маленьким? Задрал ты меня по самое не могу!"
Уходить тут явно никто не собирался. А жаль - у нас с Чеширом напрочь заглох голос разума, медведь же... а не знаю. Я бы на его месте дважды подумала, прежде чем с психами связываться. А так, ему то что, с его высоты (эта тварь ведь как раз стояла на задних лапках) мы не выглядели опасными противниками, сила волков была в сплоченности, стае. А нас тут всего двое щенков-переростков.
"Ну и подумаешь..." Я мыслила быстрее, чем соображал красующийся михаил потапыч. "Ну и не надо, мы тебя так заломаем."
Собственно, словно в подтверждение моих слов Чериш снова налетел на медведя, который очень глупо оставил позади себя недобитого волка, отвлекаясь на рычание и воинственный вид второго. Вот очень. А я воспользовалась нападением собрата и, сделав выпад вперед, цапнула зверя за  нижнюю лапу как можно больнее. Тот даже пошатнулся (про обиженный очередной рёв я уже вообще молчу) и стал заваливаться... на спину. Свалить серый не успел и вся эта туша (нет, вот повезло всё-таки, что это был не исполин размером с вековой столб, а то больно долго падать было бы Чеширу) придавила соратника. Оставалось надеяться, что не раздавила полностью...
Взвыв, я ринулась вперед и вновь вцепилась в заднюю лапу бурого, дернув и пару раз мотнув головой. Нефиг валяться, пусть встает с волчьего коврика! И куда было деваться михе, он действительно поспешил подняться, предварительно лягнув меня. Попал, сволочь, в нос, но не критично, а мне пришлось отскочить в сторону, зло насупившись. Но с Чешира я его согнала и то было главным. В отличии от совсем забывшего про осторожность собрата, я была в лучшем состоянии и менее потрепанной: а мне хватало шрамов на своей шкуре и на Тот свет я не спешила.
- Кончай геройствовать, - рыкнула я волку, не сводя взор с медведя. Тот был вынужден держать нас обоих на виду, но мы и стояли так, что у него была такая возможность. - Ты мне живым нужен, - и я принялась обходить противника спиралью. Вот волчья тактика: окружай и изводи, а не нападай на врага заочно превосходящего тебя по силе. Медведю уже досталось, он уже тяжело дышал, но гнев его брал своё. Нужно было окончательно сбить все его полочки в голове, чтобы тот впал в депрессию панику и наконец-то свалил отсюда несолоно хлебавши.
"Эх, сюда бы пару братьев и..."
Но больше никого не было, лишь мы, наша страта и наши мозги. И я подавала знаки Чеширу, прося его повременить с атакой и тоже занять более выгодную позицию - где-нибудь позади или сбоку, где было поменьше клыков и когтей. А сама тем временем рычала и держала ситуацию напряженной, а внимание косолапого пыталась полностью привлечь на себя. Нужно было бить исподтишка, удар и назад, и изматывать-изматывать-изматывать. Из пасты вырывался рык, а стоило бурому попытаться отвлечься, как я принималась сокращать дистанцию и вынуждала вернуться ко мне, забывая о Чешире. До поры и времени.
Краткий миг, резкий выпад, и в сторону бурой морды полетела пыль и щебень, забивая тому нос и глаза. Я молча, лишь языком тела подала знак волку, но заметил он его или нет - это уже предстояло выяснить позже. Сама же я ринулась вперед и вновь попыталась цапнуть хищника за конечность. На искусанных лапах и стоять не ахти, не то что драться.

0

5

Отпрыгиваю от медведя, рыча, скалясь, не обращая внимания на вкус крови во рту, осматриваюсь. У меня совсем не выгодная позиция для атаки, по крайне мере вдвоём, нам стоит стоять друг напротив друга, чтобы загнать зверя, неважно какого. Но в одиночку, я бы действовал на пролом, сначала морда, потом лапы, после перегрызть шею. Боль немного отрезвляет, возвращая понимание ситуации, всё не так радужно, да и быть не могло. Обычно, когда я приходил в себя, рядом было много трупов и на мне не было ни одного живого места, но сейчас было всё по другому, как и с теми волчицами.
Я не собираюсь отступать, медведи здесь ни когда не бродили и если этот продолжит двигаться вперёд, то может достигнуть стаи. Так что стоит его если не убить, так точно прогнать, хотя бы на время, а там, если он всё же вернётся, то задавить его группой. Ни как не могу привыкнуть, что я уже не один, может это, потому что на меня поглядывают косо? Даже вожак смотрит издалека, присматриваясь. Не люблю, когда за мной наблюдают, я уже много раз пытался покинуть стаю, но, когда я уходил далеко, что-то происходило и мне приходилось вернуться.
Осматриваю местность, ища выход, кругом лишь камни, и вроде бы ни чего больше, но замечаю мелкий выступ, можно медведя туда загнать и возможно он покинет поле боя. Его рёв возвращает меня к происходящему, отвлекая от размышлений и возвращая состояние, когда мысли и действия почти не связаны между собой. Волчица обходит его по кругу, то удаляясь, то приближаясь, старается извести его…. На размышления я потратил пару секунд, но этого мне хватило, чтобы остудить себя, начать мыслить здрава, хоть я был уверен, что при первом же движении та ярость вернётся и я, возможно, погибну, и утяну за собой волчицу. Именно поэтому я впитываю как можно больше, кругом щебёнка, кое-где видна земля, а вон там маленькое деревце пробивается сквозь камни, но даже если на него наткнуться, медведь его просто переломит. Значит, единственный выход ранить его и сильно приложить, хоть это не убьёт, но возможно поможет, и он покинет нас сам.
Вижу её знаки, как, ну как она себе это представляет, как только я двинусь, ярость возьмёт верх, и я вновь потеряюсь в этом водовороте. А ведь нужно двигаться. Оставаться напротив неё, так чтобы медведю было сложнее, даже с маревом тумана я это понимаю, но с каждым напряжением мышц, мыслить здраво не получается. Хотя я обожаю находиться в этом красном мареве тумана, то чувство, которое оно рождает во мне, заставляет понять меня, что я живой, что всё ещё движусь, живу, получаю удовольствие, особенно остро чувствую это, когда ощущаю страх. Ну, сейчас не об этом. Перевожу взгляд на глаза волчицы и чуть склоняю голову, показывая, что увидел её посыл, но что мне с этого, пора двигаться, иначе медведь нападёт сам, на того, кто перестал двигаться и не представляет пока что угрозы. Он крутится, стараясь не потерять нас из виду, всё время в движении, всё время в одну и ту же сторону.
Прыгаю на медведя, кусая его за первое попавшееся место, и отскакиваю и повторяю один и тот же приём с разницей в пару секунд, пока у меня хватает сил контролировать себя. Он двигается, иногда отходя на шаг назад, подталкиваю его, смотря, чтобы волчица не помещала, чтобы он двигался к уступу, даже если он маленький, это поможет, нужно только довести его. Вот он вертится волчком, вот смотрит только на неё, и вот движение, которого я ждал, чтобы напасть окончательно, толкнуть его или сделать предпоследний удар, чтобы медведь отступил. Перед глазами пелена, всё расцвеченно красным, все мысли испаряются, становясь частью ярости. Бросаюсь на зверя, давя всем весом, вкладывая всю силу, которая у меня есть, вгрызаюсь во что-то мягкое, мускусное и не вкусное, клыки протыкают кожу, во рту только шерсть и слабый привкус крови, сильнее укусить не получается, точно так же, как и разжать челюсть, слишком много захватил.…
Открываю глаза, смотря на бурую шерсть зверя, продолжая сжимать челюсть, передними лапами цепляясь за зверя, скребя его тупыми когтями, не способными его не то что порезать, да просто повредить, но вот повыдирать шерсть и доставить ещё больше дискомфорта, возможно, всё же оцарапать. Отпускаю только тогда, когда меня собираются скинуть силой, я прям, чувствую это движение и за миг отпускаю, смотря на когтистую сильную лапу, пролетающую возле меня. Чёрные когти, которые мгновение назад могли стать моей смертью, интересно, почему от смертельных ударов я всегда умудрялся укорачиваться в последний момент. И вновь бросаюсь, впиваясь в эту самую лапу, в мягкие подушечки, кусая за пальцы, чувствуя, как что-то хрустнуло, слыша его болезненный рёв, даже не чувствую, как его когти режут мой язык.
Я чувствую, как у меня в душе что-то обливается тёплом, окутывает сердце, и как сжимается челюсть сильней. Но после отпускаю, отскочив, наслаждаясь мукой медведя, смотря на него с радостью. В душе всё теплеет и горит огнём, согревая всё тело, поддавая больше пламени, но ярость успокаивается, отдавая место удовольствию. Чуть вильнув кончиком хвоста, вновь продолжаю нападать, смотря, как тот постепенно отступает, уже не так эффективно сражаясь, отбиваясь только одной лапой, вторую прижимая к себе.
Делаю последний бросок, смотрю, как он отступает, в моём взгляде ликование. Медведь начинает заваливаться назад, начиная искать опору, но я был прав и уступ маленький, но он падает, и я рычу, наслаждаясь происходящим. С рыком нападаю на него, но тот успевает подняться и, отбиваясь, махая лапой отступает. Мне это не нравится, не хочу отпускать свою жертву, я только начал играть, он только немного пострадал, а я хочу большего, хочу увидеть в его глазах страх и муку, желание умереть и не исполнять это желание.
Кажется волк, который был в маленькой стае, когда-то назвал меня маньяком и садистом. Смотрю на медведя, кусая его за бедро, когда тот разворачивается и бьёт впустую. Просто чтобы отогнать. Возможно, мне стоило согласиться с ним, а не отстаивать свою честь. Возможно, но не факт. А сейчас я просто пришёл к выводу, что так и есть. Иногда хочется знать, кто был мой отец. Что у меня есть такие повадки, или узнать бы мать поближе, но нет, её уже нет на свете, а он, может и мёртв, а может, жив, не столь важно.
Рычу, всё же отпуская медведя, наслаждаясь его слабостью, понимая, что он мог убить меня, если бы не волчица из стаи. Стоит привыкнуть, что я не один, что отвечаю не только за свою жизнь, но так трудно контролировать себя. Вскидываю голову и вою, выплёскивая всё своё ликование в этот вой, всю свою агрессию, не сдерживая себя, скалюсь, смотря на убегающего, закрываю глаза, вдыхая запах сражения, адреналина и боли. Как же я соскучился по этому.

0

6

Происходящее напоминало хаос, а это был лишь один чертов медведь. Грин был прав - стоило уделить внимание некоторым состайником, дабы иметь хоть какую-то систему в запасе, а значит стабильность. Нынешнее же действие было сущим импровизаторством. Похвально, но не всегда уместно и слишком рисковано.
Крутизна давала свой эффект, я отвлекала внимание на себя, сколько могла и настолько, насколько оное было возможно, становясь той самой целью хищника "отомстить, истерзать". Но в сине-алых глазах горел огонек опаснее банальной ненависти. Я не ненавидела потапыча, я отдавала свои остатки души на растерзание Пятой. Пусть играет, пусть наслаждается. Да прибудет игра и победа вместе с ней.
На губах блуждала улыбка, что должна была выводить зверя еще больше. Это была его ошибка и Чешир напал, уловив момент. Стоило бурому отвернуться, как последов выпад от меня. Перетягивание козленка, туда-сюда, подобно палке. Его это бесило и на морде зрел еще более явный и откровенный оскал.
Это могло продолжаться долго. Я хотела, чтобы эта мука для незваного гостя продолжалась как можно дольше, но Чешир оказался более милостив. И я внезапно остановилась.
"Так нечестно! Я так не играю!"
Из носа шумно выдохнул воздух, я была зла, или Пятая, или мрак, нельзя было разобрать сейчас четкую грань всех сущностей. Важнее было то, что тело остановилось и я села, холодно наблюдая за продолжением, словно в отместку за отнятую игрушку. Глупо, но сейчас я и не могла мыслить адекватно. Впрочем, я вообще не желала думать, а мелькни мысли образом таким, что они бы раскрылись окружающим... был ли медведь, бедный бурый мишка так уж опасен на этом фоне?
Вряд ли.
Чешир вновь напал, подставившись под удар, бой захватывал время особенной сетью и навивал свою песню. Я снова начала скалиться в улыбка и из горла невольно полилась песня. Не призыв стаи, а мелодичное подвывание, нагнетающее обстановку еще больше. Мальчик же веселится, чего бы не побесить мишку и не поддержать его инициативу?
"А если умрет..."
Даже эта мысль сейчас не была в состоянии вывести меня из нынешнего состояния. Тьма снова открылась с черт знает какой стороны, сменилась милостивая душа на садиста, высмеивающая всё сущее и издевающееся, подобно игре в лапе. Неприятно, досадно и да, вроде не смертельно, но ведь бесит! Бурый метал злостные взгляды, но я лишь больше улыбалась, предоставляя Чеширу возможность играться в своё удовольствие. Медведь уже был слаб, запутан в комке эмоций и его тело саднило, горело от немногих укусов, на местах которых зубы пробили его шкуру. Шансы не равны, они просто безумны своей непредсказуемостью. А из этого дуэта безумие было не на стороне медведя.
Его тело упало, запнувшись и подставившись под выступ. Я продолжала сидеть и тихо напевать себе под нос, наблюдая, как тот сдается, как ломает тело Чешира от едва видной усталости и побоев. О, как будет скулить его тело часами позже. А как завтра? Но оно будет живо, и мишкина плоть тоже.
Я поднялась и встала на краю уступа, глядя на продолжение потасовки, чуть усмехнувшись. Всё, миху это дело за...колебало. Он успел поднять взор наверх и вспомнить, что проблема то была не в виде одной морды, и я снова улыбнулась чуть шире, ощерившись. Верно, сколько нас тут? Таких издевающихся мазохистов. Больных ублюдков. Надо ли оно тебе?
"Беги, беги. Сегодня твой день, если не наткнешься на нежить. Против неё тебе уже сегодня не выстоять."
Бурый прихрамывая скрывался с глаз.
"Формально, ему просто не повезло." Я задумчиво повела плечами. "Нам всем может так не повести. А может и больше. Это не важно."
Чешир заливался воем. Я чуть усмехнулась.
- Голос не сорви, - тепло посоветовала я, глянув на него буквально краем глаза, всё еще провожая взором медведя. Едва ли он сейчас соберет свою семейку и пойдет мстить. Двум то волчьим стаям? Ну-ну.
Я покачала головой и осторожно спустилась вниз.
- Насколько всё не очень? - обратилась я уже непосредственно к волку, подходя к нему ближе и на ходу осматривая его на предмет "увечий" более детально и более здраво. Меня отпускало медленно, я всё еще была не в своем адекватном состоянии, но позаботиться о ближнем, так сказать, уже могла и понимала, что это надо. На том спасибо, могла повести себя не хуже Чешира. Могла напасть за отнятую игру. И потом еще не вспомнить, что сделала.

+1

7

Дышу глубоко, заполняя лёгкие смесью запахов, ноздри щекочет запах крови, и это неимоверно радует. На самом деле где-то в душе посилилось раздражение на то, что я отпустил медведя. Ведь можно было добить его, но тогда…. Вот здесь мы с совестью, если это она расходимся во мнениях, поэтому скинув с себя ненужную чепуху, закрываю глаза. Стараюсь успокоиться и заставить вырывающееся из груди сердце перестать бить набатом, замедлиться и перестать отдавать чечётку в голову, но на это требуется время. Кто-то оказывается слишком близко, и я рычу, предупреждая существо, чтобы оно не подходило. Но он приближается, будто бы не видя предупреждения, подскакиваю на месте, распахиваю всё ещё мутные глаза, пытаясь сосредоточиться на чужаке. Этот запах, я её знаю. Она из стаи, нужно перестать, так, реагировать на каждого встречного, иначе скоро стану маразматиком. Но подпускать её к себе сейчас было не разумно, адреналин в крови ещё бушевал, поэтому оскаленные клыки были мелочью. На самом деле трудней было подавить самого себя, чтобы не навредить волчице. Её слова достигают меня не сразу, только через пару мгновений, и если честно, я удивлён, мало кто интересовался моим состоянием после сражений. Точнее ни кто, ни когда, ни при каких обстоятельствах не подходил ко мне.
- Извини, не привык, что кто-то интересуется моим состоянием… - Стараюсь выглядеть более дружелюбным, хотя вряд ли это получается. В голосе всё ещё чувствуются нотки рычания, а вместе с грубостью моего голоса, это несколько отталкивающе. Прислушиваюсь к своему организму, вроде все кости целы, ни чего так уж сильно не болит, только спина, но посмотреть, что там у меня самого не получится, да и грудина пострадала, кажется, меня придавило, не помню досконально. Сажусь на землю, смотря на свои бока, если не считать ушибов и помятой шерсти, то я цел, что я и озвучиваю волчице.
- Всё в порядке, я цел.… Ни чего не поправимого нет. Как ты сама? – Осматриваю волчицу, не приближаюсь к ней, постепенно в мыслях проясняется, и всплывают картины боя. Волчица очень помогла, её присутствие отвлекало от боя, и я не мог полностью податься азарту, хотя мне кажется, она тоже развлекалась. – Если не тяжело, можешь посмотреть, что там с моей спиной? - Закрываю глаза, позволяя осмотреть себя, стараясь не дышать, не могу привыкнуть к тому, что кто-то старается заботиться обо мне, даже если это всего лишь мелочь. Возможно это из-за того, что я ни когда не был в стаях, мне тут не уютно, но я готов им помогать, тем более сейчас, когда угрозы вроде бы, как и нет, но в воздухе пахнет затишьем. А затишье всегда перед бурей.
С тобой точно всё в порядке? – открываю один глаз, смотря на волчицу. Не собираюсь навязываться, но уточнить всё же стоит. Надеюсь, она не пострадала… «Я уже начинаю заботиться о них?» М-да, кажется я и вправду забочусь об этой стае. Хотя недавно я мог спокойно её бросить, но что-то всё время меня сдерживает, и я даже понять не могу, что именно.… Чихнув от попавшей в нос пыли, встряхиваю головой, поднимаясь на лапы. Правое плечо чуть заныло, поднимаю лапу, проверяя, не сломал ли я её, может, вывихнул, но нет, всё в порядке, наверное, ударился. Облизываюсь и чувствую этот незабываемый вкус крови и мускуса медведя. Даже сама кровь пахнет силой и яростью. Как он нас не убил? Прислушиваюсь к себе и смотрю на волчицу. - Даже, если я не считаю.… В общем, спасибо за помощь, но ты могла не влезать в это дело…

+1

8

Рык в ответ. Мирозданию одному известно, чего мне стоило, дабы не выдать подобное в ответ, не принять боевую позицию, поднять хвост , не просто отбивая свою честь, но и не двусмысленно намекая, чем окончиться подобное отношение в мою сторону. Но как-то обошлось. Внутри лишь всё напряглось, мгновенно заледенев, словно я подходила не к своему родичу-состайнику, а к кому-то чужому, дикому. Не страх, не опасения, не робкий шаг - улетучилось волнение за волка. Теперь, будь он хоть трижды с переломанными лапами, я могла ощутить "ничего", почувствовать лишь равнодушие и со словами "скажу лекарям" развернуться и уйти. Но зная себя... Скорее, я бы сорвалась, дала тумака, наорала, ибо собственные нервы не к черту, и пинками бы погнала лечиться. Всё равно больной, толком сдачи не даст. Но отношение, всё же, успело измениться. Меня охватывало раздражение.
Остановилась я на достаточном расстоянии, дабы не нарушать личного пространства - сама оного не любила, - но и дабы было видно, что да как с "лапами" Чешира. Помят, хорошо так, однако рваных ран не наблюдалось, моря крови тоже - жить будет. Если никаких внутренних повреждений не было. А это уже всё-таки к лекарям и под наблюдение. Последним я могла заняться, но вот хотела ли? Бегать нянькой, смотреть, запнулся по неосторожности или потому что организм сдает. Не-е, не шибко то, и за собой бы не позволила. Чувство собственного достоинства еще никто не отменял.
Я прикрыла глаза, медленно вздохнув. Не "один, два, три, четыре", но чтобы не перейти на резкое "так привыкай" хватало.
- Угу, - мрачно, однако спокойнее, чем это могло быть секундой ранее, ответила я, покачав головой. Дикарь дикарем и останется? Паршиво было, что я не хотела разбираться в ответе на этот вопрос. Мне было не плевать, просто я, наверное, слишком хорошо понимала, насколько это противно, когда кто-то лезет в твою жизнь со своими правилами и "как надо". А еще хуже - с нравоучениями.
- Жить буду, - коротко ответила я, не вдаваясь в подробности. С моими приключениями то... Вообще, сомнительное высказывание. Очень. Да уж бы кочки все побрал, не так давно с нежитью на смерть дрались! Хорошо, что отмылась от запаха да отделалась малой кровью... Хотя, отметины как раз таки можно было скинуть на медведя, так что лишних вопросов "откуда" не возникло бы.
Я кивнула, молча, и ровным шагом обошла волка, сконцентрировав внимание на его хребте. Видимых повреждений не было, ни пробоин, ни неестественных углов...
"Ушиб? Денек стоит не напрягаться."
Видать всё-таки некоторые вещи брали своё в виде привычки - лекарской привычки. Тьфу ты.
- Постарайся пару дней не искать подобные приключения, - пробормотала я, отступая и садясь чуть больше сбоку от Чешира, дабы не совсем позади его затылка. - Должно начать сходить на нет. Если будет хуже, надо будет к лекарям - значит что-то посерьезнее ушиба...
Конец фразы оказался чуть заглохшим, я совсем утопала в свои думы и вопрос "что кроме ушиба может тут грозить?" Варианты были не больно радужными, но отогнать их не получалось. Оставалось ухватиться за вариант лучшим и пару дней не мутить воду без повода.
- А... - не сразу сообразив, рассеяно моргнула я, повернув голову к Чеширу и пытаясь обработать услышанную информацию в виде вопроса. Через секунду, или две, дошло. - Да, что мне сделается, - махнув хвостом, произнесла я, едва-едва улыбнувшись.
"От нежити ушла, от медведя ушла... Кто следующий и кто таки поймает?"
О последнем было не шибко приятно думать, я бы предпочла остаться не пойманной и не повторять судьбу зайцаколобка из сказки.
Я издала слабый полу смешок, полу "хех".
- Могла, - обратила я взор на Чешира. - Я вообще много чего могу. Но влезла. Что поделать, - И пожала плечами, дескать "дело уже прошлое, какая разница, главное что все целы и живы, даже медведь". Всё прочее не имеет значения. А меж тем, я поднялась и оглянулась. Пусто. Слава Мирозданию.
- Давай убираться отсюда. Сегодня мне уже пришлось встретиться с нежитью, не хочу повторения истории, - проворчала я последние слова, после чего снова повернула голову к Чеширу, кивнув. - Пока без лекарей, своими силами будешь лечиться?
Наверное, как новый Туз и правая Лапа я должна была его таки погнать палками к Восточной стае, но черт, взрослый волк, сам должен понимать, надо ему посещать лекарей или нет. Возможно, позиция для лентяя - пусть решают сами - но пока я не видела ничего критичного, а потому и смысла так уж рьяно рваться к лекарям не видела. Я бы не пошла. Да я и не пошла, после потасовки с мертвецами, а надо бы. Обошлась самолечением - всё равно что-то из целительного дела да помню, чего знахарей почем зря тревожить.
"До них еще дойти надо."

+1

9

По её ответу было понятно, что она зла на меня, но я не мог ни чего с собой поделать, это было на уровне инстинктов. Ярость затапливала меня, даря ощущение наполненности. После, когда она вся сгорала и ни чем не подпитывалась, внутри было пусто, она единственное, что держало меня тут, в живых. Сейчас даже мысли о брате не поддерживали меня, я не надеялся встретить его, скорее всего он, был уже мёртв и я мог надеяться, что не увижу его среди нежити. Иногда в мои мысли закрадывалось подозрение, что среди живых мертвецов я был бы хорошей единицей. Так, что, когда она начала обходить меня, чтобы взглянуть на позвоночник, я был приятно удивлён. Она не бросила меня, когда увидела рядом с медведем, хотя могла и не отказала в помощи, хотя я успел рыкнуть на неё, не сдержав свой порыв. Иногда я забываю, что я в стае. Что они должны…. Точнее мы должны помогать друг другу. 
Поднявшись, чуть выгибаю позвоночник, кости хрустят, возле рёбер чувствуется тяжесть, хотя на органы вроде ни чего не давит. Прижимаю к себе хвост, и чуть оборачиваюсь, взглянув на него. Как ни странно, он цел. Сколько раз я чуть не терял его в схватках, особенно тогда, с нежитью. Встряхиваю головой и оборачиваюсь к волчице.
- Хех, я, возможно, задам самый странный вопрос, но, как тебя зовут, точнее, как твоё имя? - И почему я не интересовался этим, когда только пришёл в эту стаю? Если честно я уже и не припомню, как именно я попал сюда. Ну, спас пару волков от мертвеца, и что с того? Сейчас это было самым необходимым. Сейчас требовалось защищать молодых, чтобы они могли вырасти, стать сильными, и могли защищать себя сами. Чуть хмурюсь, лизнув лапу, и вскидываю голову, смотря на новую знакомую. Хотя почему новую? Я видел её с самого первого моего прихода в стаю. Она тоже была воином, периодически я встречал её на патруле, возле охотничьих угодий….
- Обойдусь своими силами. Со мной всё будет хорошо. Съем пару травок и как новенький. – Да особенно после того, как переживу пару синяков и забуду, как на меня упала туша медведя. Интересно, сколько в нём мяса? Выбрасываю эти мысли из головы, всё же не стоит думать о том, что бы было, если бы мы убили медведя. Он бы встал и убил нас или его можно было бы съесть? Вот снова! Глухо рычу, отгоняя свои мысли.
- Пойдём…. Нельзя надолго оставлять стаю одну, мало ли что у них там может случиться. Тем более, если ты сегодня уже столкнулась с нежитью. – Направляюсь в сторону дома, меня начинает шатать, и глухо рыкнув, я останавливаюсь, осматривая местность. Вижу сорняк, который мы с братом когда-то употребляли в большом количестве, когда приходилось много двигаться. Иногда меня радует, что эти растения растут везде. Как говорили знакомые волки, левзея хорошее тонизирующее растение. Начинаю жевать эту траву, съедая цветок, сглатываю его. Горький с чуть сладковатым привкусом. Иногда меня раздражает, что мы можем чувствовать эти вкусы. Но я сразу вспоминаю такой сладкий и нежный вкус мяса и скалюсь в улыбке.
- Где ты встретила мёртвого? Как далеко от стаи? – Прикидываю, что если он был не один, тогда всё очень печально. Слишком много нежити не переживёт ни кто, кроме самой нежити. Даже, если нас будет вдвое больше, надо будет постараться, чтобы уничтожить её. Тяжко вздыхаю, смотря на волчицу и усмехаюсь, увидев её всю в пыли, чихаю, так как она повсюду и медленно оседает, забивая нос. Иду дальше, тяжело ступая по песчаным камням, выходя на тропинки. Так трудно двигаться, но постепенно кровь разгоняется, и я иду всё быстрее и легче. Действие цветка начинается практически сразу и это радует неимоверно. На самом деле я не знаю, почему я волнуюсь за эту стаю. Нет, конечно, сейчас трудно выжить в одиночку, но как говориться нет ни чего невозможного. Для меня они ни чего не сделали, я не говорил ни с кем из них, я даже не уверен, что меня приняли в стаю. Хотя вожак, он вроде, как не против меня. Ходит всё время рядышком, словно неприкаянный. Вынюхивает что-то, пытается понять меня. А я просто ищу смысл всего этого дерьма, как мне жить и что делать.
- Я тут не давно…. Хотя ты сама это знаешь. Можешь рассказать мне о второй стаи, на том берегу реки? – Я чуть оборачиваюсь, замедляя ход. Мне хочется видеть собеседницу, понять её. Я бы не пришёл на помощь волку, который затеял драку с медведем. С живым медведем…. Сразу вспомнилось, как спасал от мертвецов волчат. Почему это делал я? Непонятно. Иногда не могу себя понять. Ненавижу волков, но периодически помогаю им. Пришёл в стаю, хотя одному было лучше. Не надо завесить от вожака, оглядываться на других волков…

0


Вы здесь » †Волки: подпись кровью† » Вне времени » Чешир|Darkness Argeyst


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC